Гомер

Для древних греков Гомер был просто «поэтом». Ему приписывали «Илиаду» и «Одиссею» — два древнейших и наиболее почитаемых произведения греческой литературы. Эти поэмы служили основой образования, источником общих для греков историй о богах и героях, а также образцом языка и нравственных представлений.

Однако о жизни Гомера почти ничего не известно. Античные «Жизнеописания Гомера» были написаны спустя столетия после создания поэм и противоречат друг другу. Его родиной называли разные города, в том числе Смирну (современный Измир), Хиос, Колофон, Киму, Аргос и Афины. В большинстве рассказов говорится, что он был слепым и умер на небольшом острове Иос. На Хиосе род или объединение исполнителей по имени Гомериды («потомки Гомера») утверждали, что ведут от него своё происхождение.

Современные учёные считают эти жизнеописания легендарными. Некоторые сомневаются, что существовал один исторический Гомер; другие полагают, что выдающийся поэт или, возможно, два поэта придали известный нам вид поэмам, выросшим из долгой традиции. Имя «Гомер» лучше всего понимать как имя, которым греки обозначили создателя своих величайших эпических поэм.

Действие «Илиады» происходит на десятом году осады Трои греческим войском. Другое название города, Илион, дало поэме её имя. Она рассказывает не обо всей войне, а о нескольких неделях и одной главной теме, названной уже в первом слове: mēnis — «гнев». Первую строку можно перевести так: «Гнев, богиня, воспой Ахиллеса, Пелеева сына».

История начинается с того, что Агамемнон, предводитель греческого войска, отбирает у Ахилла, величайшего греческого воина, пленницу Брисеиду. Глубоко оскорблённый Ахилл отказывается сражаться и просит свою мать, морскую богиню Фетиду, убедить Зевса помогать троянцам, пока греки не поймут, как сильно нуждаются в Ахилле. Троянцы во главе с Гектором, сыном царя Приама, оттесняют греков к их кораблям.

Ближайший друг Ахилла Патрокл надевает его доспехи и вступает в бой, где его убивает Гектор. Обезумев от горя, Ахилл возвращается на поле битвы, убивает Гектора и волочит его тело за своей колесницей. В последней песне старый царь Приам тайно приходит ночью в шатёр Ахилла, чтобы выпросить тело сына. Два врага вместе оплакивают свои потери, и Ахилл возвращает тело. Поэма заканчивается не падением Трои, а похоронами Гектора.

В «Илиаде» много битв, но она не просто прославляет войну. Поэма с глубоким сочувствием показывает страдания обеих сторон: прощание Гектора с женой Андромахой и маленьким сыном, горе родителей и понимание того, что Троя падёт, а её женщин обратят в рабство.

«Одиссея» повествует об Одиссее, царе острова Итака, прославленном своей хитростью: именно он придумал троянского коня. Поэма начинается обращением: «Муза, скажи мне о том многоопытном муже». Спустя десять лет после падения Трои Одиссей всё ещё не вернулся домой. Его жену Пенелопу окружают женихи, которые пируют во дворце и требуют, чтобы она снова вышла замуж. Его сын Телемах отправляется искать вести об отце.

Поэма отличается сложным построением. Впервые мы встречаем Одиссея на острове нимфы Калипсо, которая удерживала его семь лет. Наконец получив свободу, он терпит кораблекрушение и попадает в страну феаков. Там он рассказывает о своих приключениях: встрече с циклопом Полифемом и богиней-волшебницей Киркой, путешествии в царство мёртвых, сиренах, чудовищах Сцилле и Харибде и гибели всех спутников после того, как они съели священных быков бога Солнца.

Феаки доставляют Одиссея на Итаку. Переодевшись нищим, он проверяет верность своих домочадцев. Его узнают старый пёс Аргос и кормилица Эвриклея. Затем Одиссей вместе с Телемахом и верными слугами убивает женихов. Пенелопа, не уступающая мужу в находчивости, проверяет его тайной их супружеского ложа и лишь после этого признаёт, что он действительно вернулся.

Если «Илиада» — поэма о войне и судьбе, то «Одиссея» — поэма о выживании, гостеприимстве, переодевании и возвращении домой. Она также стала предшественницей бесчисленных приключенческих историй.

Обе поэмы написаны дактилическим гекзаметром — шестистопным стихом, основанным на чередовании долгих и кратких слогов. В них много повторяющихся выражений: «розоперстая Эос», «быстроногий Ахилл», «винноцветное море». Эти повторы веками озадачивали читателей.

Американский учёный Милмэн Пэрри объяснил их в своей диссертационной работе, защищённой в Париже в 1928 году. Он показал, что постоянные эпитеты и выражения образуют стройную систему: для каждого героя или предмета в определённом грамматическом падеже обычно находится одно выражение, подходящее к нужному месту в стихе. Такая система не могла быть изобретением одного поэта: её создавали поколениями певцы, сочинявшие песнь во время исполнения.

Чтобы проверить эту мысль, в 1930-е годы Пэрри и его помощник Альберт Лорд записывали исполнителей устных поэм в Югославии. Эти певцы, выступавшие под однострунный инструмент гусле, могли во время исполнения создавать длинные песни, пользуясь устойчивыми выражениями и типичными сценами. Один из них, Авдо Меджедович, исполнил песню длиной более 12 000 стихов. Позднее Лорд изложил эту теорию в книге The Singer of Tales (1960).

Устно-формульная теория преобразила изучение Гомера. Она показала, что «Илиада» и «Одиссея» происходят из традиции певцов-аэдов, подобных Фемию и Демодоку, которые появляются в самой «Одиссее». Вместе с тем возник новый вопрос: если традиция была устной, то как и когда именно эти поэмы записали?

В поэмах изображён героический век могущественных царей, богатых дворцов и бронзового оружия. В этом образе отчасти сохранилась память о микенской цивилизации позднего бронзового века (около 1600–1100 годов до н. э.), дворцы которой в Микенах, Пилосе и других местах пришли в упадок около 1200 года до н. э. Некоторые подробности действительно древние: например, описанный в «Илиаде» шлем из клыков вепря, подобные которому археологи находили в микенских погребениях, и «Каталог кораблей», перечень мест, который, возможно, отражает более ранние географические представления.

Но многое в поэмах относится к более поздним временам. Герои сжигают умерших — так было принято в раннем железном веке. Общественный уклад поэм с его вождями, собраниями и обменом дарами напоминает греческий мир X–VIII веков до н. э. Поэмы лучше всего понимать как сплетение воспоминаний и обычаев разных эпох, соединённых поколениями певцов.

VIII век до н. э., когда поэмы, вероятно, начали приобретать окончательный вид, был временем быстрых перемен в Греции. Население росло, возникали новые города-государства, греки основывали поселения по всему Средиземноморью, процветали крупные святилища в Олимпии и Дельфах. Греки также заимствовали финикийский алфавит. Письменность впервые позволила записывать длинные поэмы.

Была ли Троянская война? Место древней Трои обычно связывают с холмом Гиссарлык на северо-западе Турции. С 1870-х годов его раскапывал Генрих Шлиман, а позднее — Карл Блеген и Манфред Корфман. Здесь находился значительный город, который не раз разрушали в позднем бронзовом веке. В хеттских текстах упоминается область Вилуса, которую многие учёные связывают с названием (В)илион. Вопрос о том, лежит ли в основе легенды реальная война, остаётся предметом споров.

Честь и смертность. Герои Гомера стремятся к kleos — «славе», памяти о подвигах, которая сохранится в песнях после их смерти. Ахилл знает, что должен выбрать между долгой жизнью без славы и короткой, но славной. «Илиада» спрашивает, чего стоит слава по сравнению с дружбой, любовью и самой жизнью. В «Одиссее» тень Ахилла говорит, что предпочла бы быть бедным батраком на земле, чем царём всех мёртвых.

Боги и люди. Олимпийские боги поддерживают разные стороны, ссорятся и вмешиваются в события, иногда комичным образом. Но судьба и пределы человеческой жизни остаются серьёзными темами. Поэмы показывают мир, где люди отвечают за свой выбор, даже когда через них действуют боги.

Гостеприимство (ксения). Многие события «Одиссеи» связаны с правилами гостеприимства: как хозяева должны принимать чужеземцев и как гостям следует себя вести. Циклоп, пожирающий гостей, и женихи, злоупотребляющие гостеприимством в доме Одиссея, грубо нарушают эти правила, и тех и других настигает кара.

Ум и личность. Одиссей выживает благодаря хитрости, переодеваниям и умению рассказывать истории. В «Одиссее» много выдумок и испытаний; поэма задаётся вопросом, как можно узнать человека — по шраму, луку или тайне супружеского ложа. Внимание поэмы к самому рассказыванию — Одиссей повествует о собственных приключениях на протяжении четырёх песен — сделало её важной для современных исследований повествования.

Согласно античному преданию, афинский правитель Писистрат (умер в 528/527 году до н. э.) велел собрать и упорядочить поэмы Гомера, после чего их полностью исполняли на празднике Панафиней в Афинах. Учёные спорят, была ли эта «писистратовская редакция» реальным событием, но Афины, несомненно, сыграли важную роль в ранней истории письменного текста поэм.

В эллинистическую эпоху учёные Александрийской библиотеки — Зенодот Эфесский, Аристофан Византийский и прежде всего Аристарх Самофракийский — сравнивали списки, помечали строки, вызывавшие сомнения, и устанавливали общепринятый текст. Им обычно приписывают разделение каждой поэмы на 24 песни, обозначенные буквами греческого алфавита.

Сотни папирусных фрагментов поэм Гомера, главным образом из Египта римского времени, показывают, что в греческом мире эти тексты переписывали чаще других. Важнейшая средневековая рукопись «Илиады» — «Венетус А», созданная в X веке и ныне хранящаяся в Венеции. На её полях сохранились примечания (схолии) александрийских учёных. В 1788 году рукопись опубликовал французский учёный Жан-Батист-Гаспар д’Анс де Виллуазон.

В Средние века знание греческого языка в Западной Европе ослабло, хотя в Византии Гомера продолжали читать. В XIV веке Петрарка и Боккаччо содействовали переводу поэм на латынь, а в 1488 году Деметрий Халкокондил выпустил во Флоренции первое печатное издание (editio princeps).

В Древней Греции поэмы Гомера служили основой образования. Дети учились читать по его стихам, а его истории составляли общий культурный фон для трагедий, вазописи и философии. Геродот говорил, что Гомер и Гесиод сформировали представления греков о богах. Философы спорили с поэтом: Ксенофан критиковал поэтов за изображение богов ворами и обманщиками, а Сократ у Платона хотел изгнать поэзию из своего идеального государства или подвергнуть её цензуре. Аристотель же в «Поэтике» рассматривал Гомера как образец единого сюжета.

Римляне признали Гомера классиком. Первым известным литературным произведением на латыни был перевод «Одиссеи», выполненный Ливием Андроником в III веке до н. э. Вергилий сознательно переработал обе поэмы в «Энеиде»: её первая половина напоминает «Одиссею» странствиями, а вторая — «Илиаду» войной.

В Новое и Новейшее время Гомера перевели на большинство языков мира. Писатели снова и снова обращались к его поэмам: «Улисс» Джеймса Джойса (1922) переносит события «Одиссеи» в один день в Дублине; «Омерос» карибского поэта Дерека Уолкотта (1990) переносит гомеровские темы на остров Сент-Люсия. Современные переводчики и писатели по-новому представляют женщин из поэм, в том числе Пенелопу и порабощённых троянок.

За пределами Европы Гомера часто сравнивают с другими великими эпическими традициями — «Эпосом о Гильгамеше», «Махабхаратой», «Рамаяной» и «Шахнаме». Их объединяют такие черты, как связь с устной традицией, героические идеалы и отношения богов и смертных. Сравнение помогает увидеть и общие черты эпоса, и своеобразие греческих поэм.

«Гомеровский вопрос» объединяет проблемы авторства поэм, способа и времени их создания. Уже в античности некоторые учёные, которых называли хоризонтами («разделителями»), утверждали, что «Илиаду» и «Одиссею» создали разные поэты. Современный спор начался с книги Фридриха Августа Вольфа Prolegomena ad Homerum (1795). Вольф полагал, что поэмы были составлены из более коротких песен, первоначально существовавших в устной традиции, а записаны были значительно позже.

«Аналитики» XIX века пытались выделить в поэмах слои, созданные разными авторами. Они указывали на несоответствия: например, персонаж погибает в одной песне, но позднее появляется снова. «Унитарии» возражали, что такие ошибки естественны для большого произведения, а у поэм прослеживается единый замысел. Спор остался неразрешённым.

Пэрри и Лорд изменили постановку вопроса: поэмы выросли из традиционной устной поэзии. Но это вызвало новые вопросы. Альберт Лорд и более поздние исследователи, в том числе Ричард Янко, предполагали, что выдающийся певец продиктовал поэмы писцу и так примерно в VIII веке возник устойчивый текст. Грегори Надь предложил «эволюционную модель», согласно которой текст постепенно закреплялся на протяжении столетий исполнения и единого момента создания не было. Другие исследователи, например Мартин Уэст, подчёркивали роль поэта VII века, владевшего письменностью.

Сегодня большинство учёных признают, что поэмы выросли из длительной устной традиции и что каждая отличается удивительным единством замысла. Многие считают «Одиссею» несколько более поздней, чем «Илиада». Был ли «Гомер» одним человеком, двумя людьми или именем целой традиции — вопрос остаётся открытым.

Античные авторы датировали жизнь Гомера по-разному. Геродот помещал его примерно за 400 лет до своего времени, то есть около середины IX века до н. э.; другие считали Гомера современником Троянской войны. Современная датировка опирается на данные самих поэм и внешние свидетельства.

Языковые данные: гомеровский греческий сочетает формы разных эпох и диалектов. Статистические исследования того, как часто определённые древние формы сменялись более новыми, в частности работы Ричарда Янко, указывают на последовательность «Илиада», «Одиссея», затем Гесиод и позволяют датировать «Илиаду» VIII веком. Критики отмечают, что искусственный поэтический язык может намеренно сохранять старые формы, поэтому такие методы дают относительную, а не точную датировку.

Археологические и исторические данные: упоминания предметов и обычаев, например доспехов, храмов и культовых изображений, служат доводами в пользу датировки VIII или VII веком. Мартин Уэст датировал «Илиаду» серединой VII века. На глиняной чаше из Питекусс в Италии («чаша Нестора», конец VIII века до н. э.) есть шуточная надпись о «чаше Нестора». Некоторые учёные видят в ней намёк на знаменитую чашу из «Илиады», хотя это толкование оспаривается. Сцены троянского цикла стали часто появляться в вазописи в VII веке до н. э.

Текстологические данные: цитаты авторов V и IV веков до н. э., ранние папирусы с дополнительными строками, отсутствующими в привычном тексте, и александрийские схолии показывают, что до эллинистической эпохи текст ещё сохранял некоторую изменчивость. Это согласуется с моделями постепенного закрепления поэм. Осторожный вывод состоит в том, что поэмы, вероятно, приобрели вид, близкий к современному, примерно между 750 и 650 годами до н. э., хотя и позднее в текст вносили изменения.

Сохранившиеся античные «Жизнеописания Гомера», в том числе ошибочно приписанное Геродоту, а также «Состязание Гомера и Гесиода», в дошедшем до нас виде относятся к римскому времени, хотя используют более ранний материал. Они рассказывают о рождении Гомера, его путешествиях, слепоте, творчестве и смерти, нередко выдумывая эпизоды на основе строк из поэм.

Показателен рассказ о слепоте. В «Одиссее» слепого певца Демодока любит Муза, а в конце «Гомеровского гимна к Аполлону» говорится о «слепце, живущем на скалистом Хиосе». Античные читатели видели в них автопортреты Гомера. Современные учёные считают образ слепого певца традиционным образом вдохновенного поэта, а не биографическим свидетельством.

Споры о месте рождения Гомера также больше говорят о греческих городах позднейших времён, чем о самом поэте: объявить его своим земляком было престижно. Древние и современные авторы объясняли само имя Гомера как «заложник» или связывали его со словом «слепой», но происхождение имени остаётся неясным.

С точки зрения исторического метода жизнеописания ценны как свидетельства того, как греки представляли себе поэтов и воспринимали Гомера. Однако восстановить по ним его жизнь нельзя. С уверенностью можно сказать лишь, что к VI веку до н. э. греки связывали «Илиаду» и «Одиссею» с почитаемым поэтом по имени Гомер, которого относили к Ионии.