Ибн Баттута

Абу Абдаллах Мухаммад ибн Баттута родился в Танжере в 1304 году, когда Марокко правила династия Маринидов. Его семья принадлежала к берберскому племени лавата, представители которого уже давно говорили по-арабски и исповедовали ислам. Несколько его родственников были кадиями — судьями, применявшими исламское право. Он получил образование, обычное для молодого учёного: изучал Коран, арабский язык и право маликитской школы, господствовавшей в Северной Африке.

В июне 1325 года, в возрасте двадцати одного года, он в одиночку покинул дом, чтобы совершить хадж — паломничество в Мекку. Путешествие, начавшееся с религиозной цели, стало делом всей его жизни. В течение следующих трёх десятилетий он объехал значительную часть Африки и Евразии. В Марокко он вернулся лишь в 1349 году, а затем совершил ещё два путешествия — в Аль-Андалус и империю Мали — и окончательно осел на родине в 1354 году.

Он не был исследователем в современном смысле слова. Большинство посещённых им мест входило в Дар аль-Ислам — мир мусульманских обществ — или было связано с ним. Повсюду он находил мечети, суды, суфийские обители и других учёных, с которыми мог общаться на арабском языке. Благодаря этой сети образованного знатока права могли принять, нанять и вознаградить на огромном пространстве от Марокко до Индии.

Его книга «Рихла» («Путешествие») — одно из выдающихся произведений литературы о путешествиях. Для историков XIV века она служит незаменимым источником, хотя, как мы увидим, читать её нужно внимательно.

Паломничество (1325–1327). Ибн Баттута по суше пересёк Северную Африку, добрался до Александрии и Каира, поднялся вверх по Нилу, затем повернул назад и через Палестину и Сирию прибыл в Дамаск. Он присоединился к каравану паломников, направлявшемуся в Медину и Мекку, и в конце 1326 года совершил хадж. Вместо возвращения домой он отправился с караваном в Ирак и сделал крюк через Иран, посетив Исфахан и Шираз, а затем Багдад и Тебриз. После этого он вернулся в Мекку.

Красное море, Восточная Африка и Анатолия (около 1328–1333 годов). Проведя некоторое время в Мекке (сколько именно — предмет споров), он отплыл по Красному морю в Йемен и далее вдоль восточноафриканского побережья, где говорили на суахили. Он посетил Могадишо, Момбасу и Килву, которую назвал одним из красивейших городов. Назад он вернулся через Оман и Персидский залив. Позже он отправился в Анатолию, разделённую между небольшими турецкими княжествами, а оттуда через Чёрное море — в степные земли Золотой Орды, монгольского государства под властью хана Узбека. По его словам, он сопровождал одну из жён хана, византийскую принцессу, в Константинополь.

Индия (1333–1341). Пройдя через Центральную Азию и Афганистан, он достиг Инда, а затем Дели — столицы султана Мухаммада бин Туглака, известного как щедростью, так и жестокостью. Султан назначил его кадием с большим жалованьем. Ибн Баттута провёл в Индии около восьми лет, накопил долги и в какой-то момент лишился расположения султана.

Индийский океан и Китай (1341–1347). В 1341 году султан назначил его послом к императору Китая из монгольской династии Юань. Корабли посольства потерпели крушение у Каликута, и Ибн Баттута лишился всего имущества. Опасаясь возвращаться в Дели, он отправился на Мальдивские острова, где служил судьёй и женился. Затем он посетил Шри-Ланку, поднялся на Пик Адама и побывал в Бенгалии. Продолжив морской путь через Юго-Восточную Азию, он остановился в Самудра-Пасае на Суматре и, по его словам, около 1345–1346 годов достиг китайского порта Цюаньчжоу, известного как Зайтун.

Возвращение домой, Аль-Андалус и Мали (1347–1354). Двигаясь на запад, он проехал через Сирию и Египет во время распространения Чёрной смерти в 1348 году и узнал, что его мать умерла от чумы. В 1349 году он прибыл в Фес. Затем он посетил Гранаду в Аль-Андалусе, а в 1352 году пересёк Сахару и отправился в империю Мали. Там он провёл несколько месяцев при дворе мансы Сулеймана, посетил Тимбукту и Гао, а в 1354 году султан Марокко вызвал его домой.

Ибн Баттута путешествовал в эпоху особенно тесных связей между Африкой, Европой и Азией. В результате монгольских завоеваний XIII века в Азии возникли государства наследников Монгольской империи: Ильханат в Иране, Золотая Орда в западных степях, Чагатайский улус в Центральной Азии и династия Юань в Китае. Некоторые их правители приняли ислам. Морские пути Индийского океана связывали Восточную Африку, Аравию, Индию, Юго-Восточную Азию и Китай торговлей пряностями, тканями, лошадьми и фарфором.

В исламском мире путешествовать помогали общие учреждения и обычаи. Каждый год хадж приводил в Мекку мусульман из разных стран. Медресе, суфийские обители — завии и ханаки — и благотворительные фонды предоставляли путникам кров. Учёные, занимавшиеся правом и религией, могли находить работу вдали от родины, поскольку исламское право и арабская учёность признавались во многих государствах.

Но этот мир был опасным и быстро менялся. Ибн Баттута рассказывает о разбойниках, бурях, войнах и жестокой борьбе за власть в Делийском султанате. К его возвращению Чёрная смерть опустошила страны от Китая до Европы, Ильханат распался, а династия Юань слабела. Поэтому его книга изображает взаимосвязанный мир накануне больших потрясений.

Вернувшись в Фес, Ибн Баттута рассказывал о своих странствиях при дворе маринидского султана Абу Инана Фариса. Султан велел записать эти рассказы и назначил редактором Мухаммада ибн Джузая, молодого учёного и секретаря родом из Гранады. Ибн Баттута диктовал воспоминания, а Ибн Джузай придал им литературную форму. Работа была завершена в конце 1355 или начале 1356 года. Вскоре после этого Ибн Джузай умер.

Полное название книги — «Тухфат ан-нуззар фи гараиб аль-амсар ва аджаиб аль-асфар»; его часто переводят как «Дар созерцающим диковины городов и чудеса путешествий». Книга принадлежит к арабскому жанру рихлы — описания путешествия, часто возникшего из поездки ради паломничества или учёбы. Одним из самых известных более ранних образцов была «Рихла» андалусского автора Ибн Джубайра, совершившего паломничество в 1183–1185 годах.

Ибн Джузай не просто записывал слова путешественника. Он добавил стихи, обработал прозу и в нескольких местах включил отрывки из более ранних авторов, прежде всего описания Дамаска, Медины и Мекки, взятые у Ибн Джубайра, иногда с указанием источника. Изредка он высказывается и от собственного имени. Поэтому в книге часто трудно отделить то, что Ибн Баттута видел сам, от того, что он вспомнил много лет спустя, услышал от других или получил благодаря редактору.

По словам Ибн Баттуты, записи он потерял во время ограбления. Поэтому «Рихла» была составлена в основном по памяти, спустя десятилетия после некоторых событий. Это помогает объяснить ошибки в датах и географии, хотя сведения о людях, обычаях и местах он запомнил с удивительной подробностью.

«Рихла» построена как непрерывный рассказ о путешествии, но особенно интересны в ней описания. Ибн Баттута отмечает размеры и красоту городов, их мечети, рынки и сады; придворные обычаи; пищу, одежду и свадебные обряды; встреченных учёных и духовных наставников; растения, животных и товары разных стран. Например, он описывает кокосовые пальмы и раковины каури на Мальдивах, бумажные деньги и фарфор в Китае, торговлю золотом и солью в Мали.

Он наблюдателен, но порой суров в оценках. Будучи строгим знатоком маликитского права, он осуждал обычаи, которые считал противоречащими исламу. На Мальдивах он пытался заставить женщин закрывать тело более тщательно. В Мали его потрясло то, что женщины свободно общались с мужчинами, а служанки ходили обнажёнными. При этом он хвалил жителей Мали за усердие в молитве и безопасность дорог в их стране. Его оценки говорят о его собственных ценностях не меньше, чем о людях, которых он описывает.

В книге много событий из личной жизни: браки и разводы, дети, оставленные в разных странах, щедрость и долги, страх перед Мухаммадом бин Туглаком, кораблекрушение у Каликута, пленение разбойниками в Индии и болезни. Благодаря этому личному голосу «Рихлу» интересно читать и сегодня.

Современники не всегда верили Ибн Баттуте. Историк Ибн Хальдун, находившийся при дворе Маринидов в Фесе в 1350-х годах, писал в «Мукаддиме», что придворные называли путешественника лжецом. Один визирь, однако, защищал его: нельзя отвергать рассказы только потому, что сам не видел описанного. «Рихла» распространялась в Магрибе в рукописях и сокращённых версиях, но в других краях была мало известна.

Европейские учёные познакомились с книгой в начале XIX века благодаря сокращённым рукописям, которые приобрели путешественники, в том числе Ульрих Яспер Зеетцен и Иоганн Людвиг Буркхардт. В 1829 году Сэмюэл Ли опубликовал английский перевод сокращённой версии. После завоевания Алжира Францией полные рукописи попали в Париж. Шарль Дефремери и Беньямино Сангинетти издали арабский текст с французским переводом в четырёх томах (1853–1858); это издание стало основным.

Авторитетный английский перевод для Общества Хаклита начал готовить Г. А. Р. Гибб; первые тома вышли начиная с 1958 года. Работу завершил К. Ф. Бекингем, опубликовавший четвёртый том в 1994 году. В XX веке Ибн Баттута стал национальным героем Марокко и символом открытого миру исламского прошлого. Его именем названы кратер на Луне, многие школы и крупный торговый центр в Дубае.

Последнее большое путешествие Ибн Баттуты, в империю Мали в 1352–1354 годах, показывает, чем ценна «Рихла» и что она говорит о взглядах автора. Он пересёк Сахару с купеческим караваном из Сиджильмасы, остановился в Тагазе, где дома и мечеть были построены из соляных блоков, и достиг Валаты — северного торгового пункта Мали. Оттуда он отправился в столицу мансы Сулеймана, брата мансы Мусы. Где именно находилась столица, историки до сих пор обсуждают.

Его описание двора Сулеймана — самый подробный сохранившийся рассказ очевидца о Мали того времени. Он описывает приёмы под большим деревом или в павильоне, переводчика правителя и гриотов, церемонии мусульманских праздников и обычай подданных посыпать головы пылью перед царём. Он хвалит жителей Мали за регулярное посещение пятничной молитвы, стремление выучить Коран наизусть и безопасность дорог, но горько жалуется на скромный подарок, полученный от мансы.

На обратном пути он посетил Тимбукту и Гао на реке Нигер, а также Такедду, где добывали медь, после чего получил приказ султана Марокко вернуться. Арабские авторы аль-Умари и Ибн Хальдун писали о Мали со слов других людей, поэтому личные наблюдения Ибн Баттуты незаменимы, даже когда его суждения отражают предубеждения гостя из Северной Африки.

После завершения «Рихлы» Ибн Баттута, по-видимому, служил кадием в одном из городов Марокко. О последних годах его жизни почти ничего не известно. Согласно более поздним биографическим источникам, он умер в 1368 или 1369 году, хотя предлагались и другие даты. Гробницу в старой части Танжера традиционно считают его могилой, но достоверных подтверждений этому нет.

Для историков «Рихла» часто служит единственным или самым подробным внешним свидетельством о таких местах XIV века, как Мальдивы, побережье Восточной Африки и империя Мали. В ней названы правители и должностные лица, описаны праздники, цены, товары и обычаи, о которых не сообщают другие источники. Она особенно ценна для изучения мусульманских общин на берегах Индийского океана и в степях, а также Делийского султаната при Мухаммаде бин Туглаке.

Ибн Баттуту часто сравнивают с венецианцем Марко Поло, путешествовавшим по Азии на поколение раньше. Обе книги были продиктованы помощникам и соединяют личные наблюдения с рассказами других людей. Но Марко Поло путешествовал главным образом как чужестранец на службе у монголов, тогда как Ибн Баттута передвигался внутри общей исламской цивилизации. Его книга показывает, как эта цивилизация связывала далёкие земли.

Учёные в целом признают, что Ибн Баттута очень много путешествовал и значительная часть «Рихлы» основана на личном опыте. В описаниях Индии, Мальдив, Восточной Африки, Анатолии и Мали есть точные подробности, подтверждаемые другими свидетельствами. Но некоторые части книги вызывают вопросы. Хронология нередко противоречива: например, все указанные им даты пребывания в Мекке и поездки в Восточную Африку не могут быть верными одновременно. Историки предложили разные варианты маршрута, относя восточноафриканское плавание к 1328 году или примерно к 1330 году.

Некоторые поездки могли вообще не состояться. Рассказ о поездке из Золотой Орды в город Булгар на Волге и замечания о более северных землях вызывают сомнения с начала XX века; исследователь Стивен Яничек в 1929 году утверждал, что это путешествие выдумано. Больше всего споров вызывает описание Китая. Рассказ о Цюаньчжоу и южном побережье Китая выглядит правдоподобно, но его утверждение о поездке в глубь страны, до Ханбалыка (Пекина), изложено расплывчато и содержит события, не совпадающие с китайской историей. Возможно, оно основано на чужих рассказах. Некоторые учёные сомневаются, что он бывал дальше южных портов; другие допускают более короткую поездку.

Заимствования из Ибн Джубайра и других ранних сочинений показывают, что текст составлен из разных материалов. Росс Данн и другие историки предлагают рассматривать «Рихлу» как литературное произведение, созданное путешественником и редактором при дворе Маринидов, с учётом традиций жанра и стремления развлечь и наставить султана. При таком подходе вопрос о достоверности требует выяснить происхождение каждого фрагмента: где переданы личные наблюдения, где воспоминания, где чужие рассказы, а где литературные вставки.

Историки сопоставляют «Рихлу» с независимыми свидетельствами. Монеты, надписи, китайские, персидские, индийские и арабские хроники могут подтвердить или опровергнуть имена правителей и даты событий. Например, индийские источники подтверждают многие подробности о дворе Мухаммада бин Туглака, в том числе его внезапные решения и суровые наказания. Описания зданий и товаров можно сравнивать с археологическими находками в Килве, на Мальдивах и в Западной Африке.

Текст сохранился в нескольких рукописях, важнейшие из которых находятся в Париже. Некоторые учёные считают, что один из фрагментов, возможно, написан рукой самого Ибн Джузая. Сравнение рукописей, изучение редакторских изменений и поиск заимствованных отрывков позволяют исследователям различать слои текста. Издание Дефремери и Сангинетти остаётся основой большинства переводов, хотя учёные призывают подготовить новое критическое издание.

Наконец, историки изучают «Рихлу», чтобы понять мировоззрение автора: как знаток права из Магриба XIV века представлял себе исламский мир, какие обычаи считал допустимыми и недопустимыми и как изображал другие народы, особенно женщин, немусульман и жителей Африки к югу от Сахары. Например, его нередко высокомерные замечания о жителях Мали нужно рассматривать наряду с искренним восхищением некоторыми сторонами их жизни. Такое внимательное чтение делает «Рихлу» ещё ценнее.