Ангкор-Ват

Ангкор-Ват — храмовый комплекс на северо-западе Камбоджи, в нескольких километрах к северу от современного города Сиемреап. Он находится в районе Ангкора, который несколько столетий был столичной областью Кхмерской империи — одного из крупнейших государств в истории Юго-Восточной Азии. Современное название означает «храм (ват) города (Ангкор)». Оба слова восходят к санскриту или пали: nagara — «город», vāṭa — «ограда».

Храм построили в первой половине XII века по приказу царя Сурьявармана II как государственное святилище, посвящённое индуистскому богу Вишну. Его первоначальное название не сохранилось ни в одной надписи об основании храма, но, возможно, он назывался Врах Вишнулока — «священный мир Вишну». Это перекликается с посмертным именем царя Парама Вишнулока — «тот, кто ушёл в высший мир Вишну».

В отличие от большинства храмов Ангкора, Ангкор-Ват никогда не был полностью заброшен. Примерно с XIV века он стал буддийским монастырём традиции тхеравады и местом паломничества. Монахи живут и молятся там до сих пор. Непрерывное использование — одна из причин, по которым он сохранился лучше многих соседних храмов, поглощённых лесом.

Сегодня Ангкор-Ват — национальный символ Камбоджи. Его изображают на государственном флаге, банкнотах и множестве эмблем. Он занимает центральное место на территории объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО «Ангкор».

Ангкор-Ват — словно воплощённая в камне карта Вселенной. В индуистских и буддийских представлениях в центре мира находится гора Меру, обитель богов, окружённая горными хребтами и океанами. План храма воспроизводит эту картину: ров обозначает мировой океан, стены ограды — окружающие горы, а пять центральных башен — пять вершин Меру. Кхмерские зодчие создавали такие сооружения в виде храмов-гор: ступенчатых пирамид со святилищами наверху.

Посетители обычно входят с запада, переходя ров по длинной каменной дамбе с ограждениями в виде нагов — многоголовых змей, хранителей воды и входов. Величественные ворота в наружной стене — гопура, монументальный входной павильон — ведут к другой дамбе длиной около 350 м. По сторонам от неё стоят два небольших здания, которые обычно называют «библиотеками», и расположены два пруда, устроенных позднее.

Сам храм образуют три вложенные друг в друга прямоугольные галереи. Каждая следующая расположена выше предыдущей. Внешняя галерея размером около 187 × 215 м знаменита рельефными панно. Крестообразная галерея Преах Поан соединяет её со вторым ярусом, стены которого покрыты изображениями женских божеств. К самому внутреннему ярусу, Бакану, ведут очень крутые лестницы. Их крутизну часто понимают как напоминание о том, что подняться в мир богов трудно. Наверху четыре угловые башни окружают центральную, образуя фигуру из пяти точек, как на грани игральной кости.

Путь через храм ведёт внутрь и вверх: от обыденного мира за рвом через пространства, доступные всё меньшему числу людей, к тёмному центральному святилищу, где когда-то стояло изображение Вишну. Обычным людям, вероятно, были доступны лишь внешние части храма, а верхние ярусы предназначались для жрецов и царского двора.

На стенах внешней галереи тянется одна из самых длинных в мире непрерывных последовательностей рельефов — на несколько сотен метров. Барельеф — это изображение, фигуры на котором лишь немного выступают над плоской поверхностью камня. Панно принято рассматривать против часовой стрелки, начиная с северо-западного угла. Такая последовательность необычна и входит в число обсуждаемых учёными особенностей храма.

В западной галерее изображены битва за Ланку из «Рамаяны», в которой Рама и его войско обезьян сражаются с царём демонов Раваной, и битва на Курукшетре из «Махабхараты» — великая война Пандавов и Кауравов. В южной галерее находится единственная историческая сцена: шествие двора и войска Сурьявармана II. Царь сидит под пятнадцатью зонтиками. Далее следует изображение рая и ада, где вершат суд над умершими.

В восточной галерее находится самое знаменитое панно — «Пахтание Молочного океана». Боги — дэвы — и демоны — асуры — тянут тело змея Васуки, обвившего гору, которая покоится на черепахе, одном из воплощений Вишну. При пахтании из океана появляются сокровища, в том числе амрита, напиток бессмертия, и небесные танцовщицы — апсары. Часть рельефов северной и восточной галерей вырезали значительно позднее, в XVI веке, заполнив участки, оставленные пустыми первоначальными мастерами.

На верхних ярусах повсюду встречаются деваты — женские божества, вырезанные почти в человеческий рост поодиночке или группами. Исследователи описали более 1700 таких фигур. Их головные уборы, причёски, украшения и одежды настолько разнообразны, что французская художница Сапфо Маршаль, изучавшая их в 1920-х годах, пришла к выводу: мастера опирались на настоящую моду ангкорского двора. Для современных камбоджийцев эти изображения также служат источником вдохновения для классического танца.

К XII веку кхмерские строители перешли от кирпича к песчанику при возведении важнейших памятников. Видимые части Ангкор-Вата сложены из мелкозернистого песчаника, добытого в горах Кулен (Пном-Кулен) примерно в 40 км к северо-востоку. Скрытые несущие части, фундаменты и наружная стена ограды построены из латерита — красноватого богатого железом грунта, который во влажном состоянии можно разрезать на блоки и который твердеет на воздухе. Всё сооружение стоит на огромной платформе из утрамбованного песка и земли.

По оценкам, число песчаниковых блоков исчисляется миллионами, причём многие весят больше тонны. Скорее всего, их перевозили по воде. Исследования спутниковых снимков выявили древние каналы, соединявшие каменоломни Кулена с Ангкором; по ним камни могли доставлять на плотах на протяжении большей части пути. Предполагается, что небольшие отверстия, заметные на многих блоках, предназначались для штырей, помогавших поднимать и устанавливать камни.

Кхмерские строители не возводили настоящих арок. Галереи перекрыты ложными сводами: каждый следующий ряд камней немного выступает внутрь по сравнению с нижним, пока обе стороны не сходятся. Блоки подгоняли друг к другу с исключительно плотными швами, почти без раствора; некоторые соединяли железными скобами. Резьбу выполняли после укладки блоков, поэтому изображения непрерывно переходят через швы.

Не сохранилось сведений о том, сколько человек строило храм. Но расчёты, основанные на объёме камня и сроках строительства, указывают на многие тысячи работников на протяжении нескольких десятилетий. Среди них были каменотёсы, лодочники, каменщики и искусные скульпторы. Надписи из других храмов Ангкора перечисляют деревни и людей, обязанных снабжать храмы рабочей силой, рисом и товарами. Вероятно, строительство и содержание Ангкор-Вата организовали через такую же систему повинностей общин перед храмами и государством.

Вода была частью замысла, а не только украшением. Ров шириной около 190 м и периметром более 5 км помогал поддерживать устойчивый уровень грунтовых вод и тем самым укреплял песчаное основание. Он также связывал храм с обширной сетью каналов и водохранилищ — бараев, с помощью которой в районе Ангкора регулировали воду муссонных дождей.

Основание Кхмерской империи традиционно относят к 802 году н. э. Согласно надписи, составленной значительно позднее, тогда Джаяварман II был посвящён в сан верховного правителя в горах Кулен. В последующие века цари строили в районе Ангкора столицы, водохранилища и храмы-горы. В период расцвета влияние империи распространялось на значительную часть территории современных Камбоджи, Таиланда, Лаоса и южного Вьетнама.

Сурьяварман II пришёл к власти около 1113 года после периода борьбы нескольких претендентов на престол. Надписи описывают его как воинственного царя, совершавшего походы против Дайвьета (северный Вьетнам) и Тямпы (центральный Вьетнам) и отправлявшего посольства ко двору китайской династии Сун. Он опирался на влиятельного брахмана Дивакарапандиту, который совершил обряд его посвящения. Ангкор-Ват, государственный храм царя, стал самым масштабным проектом его правления. Строительные работы прекратились примерно после его смерти около 1150 года, и часть рельефов осталась незавершённой.

В других частях мира в 1110–1150-х годах китайская династия Сун потеряла северную столицу, захваченную чжурчжэньской династией Цзинь в 1127 году, и утвердилась на юге; в бирманском царстве Паган строили храмы; при дворе корейской династии Корё составили «Самгук саги» (1145); в Леванте существовали государства крестоносцев; во Франции зарождалась готическая архитектура. Ангкор-Ват принадлежит эпохе масштабного религиозного строительства по всей Евразии, но прежде всего опирается на традиции Южной и Юго-Восточной Азии.

Эти традиции проникали в Камбоджу благодаря многовековой торговле и обмену с Индийским субконтинентом. В прежних исследованиях этот процесс называли «индианизацией», словно индийскую культуру просто перенесли на новую почву. Сегодня большинство историков подчёркивает самостоятельную роль местного населения: кхмерские правители и жрецы выбирали санскритские тексты, индуистских и буддийских божеств, архитектурные идеи Индии и соединяли их с кхмерским языком, культом предков и собственными представлениями о царской власти. Так возникла самобытная культура.

Большинство более ранних государственных храмов кхмеров посвящалось Шиве, часто представленному в виде лингама — стилизованного столба, символизирующего бога. Посвящение Ангкор-Вата Вишну отражает приверженность Сурьявармана II вишнуизму. Большая каменная статуя восьмирукого Вишну, известная сегодня как Та Рич и почитаемая у западных ворот, возможно, первоначально стояла в центральном святилище, хотя это не установлено.

Царская власть у кхмеров была тесно связана с богами. Царь строил храм-гору как центр своего царства и связывал себя с его божеством при жизни и после смерти. Некогда представление об особом культе «бога-царя» (девараджи) толковали так, будто царям поклонялись как богам. Сейчас многие учёные полагают, что это слово обозначало божество — покровителя царства, а отношения между царём и богом были сложнее простого обожествления.

После того как войска Тямпы разорили Ангкор в 1177 году, Джаяварман VII восстановил царство и сделал буддизм махаяны главным направлением царской религии. Он построил новую столицу, окружённую стеной, — Ангкор-Тхом — и её государственный храм Байон. В последующие века буддизм тхеравады, распространённый на Шри-Ланке и во многих странах материковой Юго-Восточной Азии, стал религией большинства кхмеров.

Ангкор-Ват приспособили к новым обрядам, сохранив его как действующий храм. Открытые проходы центрального святилища заложили стенами и украсили резными изображениями стоящих Будд. Паломники оставили в галерее Преах Поан тысячи изображений Будды. Местная традиция переосмыслила храм через буддийские предания. Японские посетители XVII века даже считали его Джетаваной — монастырём Будды в Индии. Для современных камбоджийцев Ангкор-Ват — буддийская святыня, место паломничества и совершения благих дел, где при этом открыто сохраняются индуистские изображения.

Китайский посланник Чжоу Дагуань находился в Ангкоре в 1296–1297 годах и оставил единственное сохранившееся свидетельство очевидца о городе в поздний период его расцвета. Он описал царские шествия, рынки, праздники и служителей религиозных культов, а также упомянул большой каменный памятник, похожий на гробницу, к югу от города. Обычно его отождествляют с Ангкор-Ватом.

В XIV и XV веках Ангкор пережил войны с тайским царством Аютия. Тайские летописи сообщают о взятии Ангкора в 1431 году, хотя точная дата вызывает сомнения. В последующий период центр кхмерской царской власти сместился на юг, к району Пномпеня. Историки спорят, насколько этот сдвиг был вызван войнами, изменениями морской торговли, повысившими значение района Меконга, или нагрузкой на водную систему Ангкора во время нестабильных муссонов.

Сам Ангкор-Ват продолжал действовать. В XVI веке по приказу кхмерского царя завершили незаконченные рельефные панно. О храме узнали португальские путешественники: монах-капуцин Антониу да Мадалена побывал здесь около 1586 года и описал храм как сооружение, которому нет подобного в мире. В XVII веке сюда приезжали японские паломники и оставляли на колоннах надписи чернилами. Одна из них, сделанная Моримото Укондаю Кадзуфусой, датирована 1632 годом.

Поэтому популярный рассказ о том, что французский путешественник Анри Муо «открыл» затерянный в джунглях храм в 1860 году, вводит в заблуждение. Путевые заметки Муо, опубликованные после его смерти в 1864 году, прославили Ангкор в Европе. Но местные жители и монахи всегда знали о храме, а другие европейцы посещали его раньше. В 1863 году Франция установила протекторат над Камбоджей, а в 1907 году северо-западные провинции, где расположен Ангкор, перешли от Сиама к Камбодже под французским управлением.

В 1908 году Французская школа Дальнего Востока (EFEO) создала службу сохранения Ангкора, чтобы расчищать памятники от растительности, изучать и ремонтировать их. С 1930-х годов французские реставраторы применяли анастилоз — метод, разработанный в Голландской Ост-Индии. При нём сооружение разбирают камень за камнем, укрепляют основание и возвращают первоначальные блоки на место, добавляя новый материал лишь там, где он необходим и может быть отличён от старого. Крупные работы в Ангкор-Вате продолжались до 1960-х годов.

Гражданская война и режим красных кхмеров (1975–1979) прервали реставрацию. Сам памятник сравнительно мало пострадал непосредственно от военных действий, но в 1980-х и начале 1990-х годов грабители срезали головы статуй и похищали скульптуры во многих храмах Ангкора для международного рынка искусства. В 1986–1992 годах Археологическая служба Индии проводила в Ангкор-Вате очистку и ремонт. Позднее некоторые применявшиеся тогда химические средства критиковали за повреждение поверхности камня; критике подвергалось и более раннее использование цемента.

В 1992 году ЮНЕСКО включила Ангкор в Список всемирного наследия и одновременно в Список всемирного наследия под угрозой; из второго списка его исключили в 2004 году. С 1993 года работу многих стран координирует Международный координационный комитет по Ангкору (ICC-Angkor), сопредседателями которого являются Франция и Япония. Территорией управляет созданное в 1995 году камбоджийское Национальное управление APSARA. Например, Германский проект сохранения апсар занимается разрушением рельефов с деватами под воздействием солей, микробных плёнок и воды.

Среди нынешних трудностей — массовый туризм (до пандемии COVID-19 Ангкор посещали более двух миллионов человек в год), истощение грунтовых вод из-за гостиниц Сиемреапа и положение общин, живущих внутри охраняемого парка. В 2022–2023 годах власти переселили тысячи семей из района Ангкора в новое поселение. Правительство объясняло это необходимостью сохранить памятник, а правозащитные организации, в том числе Amnesty International, критиковали переселение как принудительное выселение. Как защищать памятник и при этом уважать людей, чья жизнь и вера связаны с ним, остаётся открытым вопросом.

Название Ангкор-Вата носит выделяемый искусствоведами «стиль Ангкор-Ват» — классический этап кхмерской архитектуры с башнями в форме бутонов лотоса, осевыми галереями, крестообразными террасами и обильным, но упорядоченным декором. Композиция из концентрических галерей вокруг храма-горы повлияла на более поздние кхмерские храмы и, в более свободной форме, на культовую архитектуру соседних тайских и лаосских царств.

В колониальную эпоху Ангкор-Ват стал символом не только Камбоджи, но и имперской власти. Между 1889 и 1937 годами Франция воспроизводила его в виде гипсовых слепков и павильонов в натуральную величину на колониальных и всемирных выставках в Париже и Марселе, представляя французское правление как спасение угасшей цивилизации. Камбоджийские сторонники независимости, в свою очередь, сделали храм символом собственной истории и свободы.

На каждом национальном флаге Камбоджи с середины XIX века, независимо от политического режима, присутствовало изображение храма — обычно Ангкор-Вата. Для камбоджийцев он связывает современную национальную идентичность с ангкорским прошлым; для буддийских общин остаётся действующим святилищем. Кроме того, это один из самых посещаемых памятников Азии: туризм приносит доход и чувство гордости, но создаёт и описанные выше трудности.

Почему храм обращён на запад? Почти все храмы Ангкора открываются на восток, навстречу восходящему солнцу. Западная ориентация Ангкор-Вата и порядок просмотра его рельефов против часовой стрелки (прасавья — направление, обратное обычному обходу святыни по часовой стрелке) побудили таких учёных, как Жорж Седес и Морис Глез, предположить, что храм строился как погребальное святилище Сурьявармана II: обратный порядок связан с похоронными обрядами. Другие исследователи отмечают, что на запад обращено ещё несколько храмов и что запад связан с Вишну. Следовательно, ориентация может выражать посвящение божеству, а не погребальное назначение. Эти объяснения не исключают друг друга: храм мог быть одновременно святилищем Вишну и местом посмертного почитания царя.

Астрономия и измерения. Историк архитектуры Элеонор Манникка в 1990-х годах предположила, что размеры храма, выраженные в кхмерской единице длины «хат», кодируют календарные и космологические циклы, а линии обзора указывают направления восхода солнца в дни солнцестояний и равноденствий. Широко признано, что главная ось храма ориентирована так, что в дни равноденствий, если смотреть от западного входа, солнце восходит над центральной башней. Более подробные числовые толкования вызвали интерес, но также и сомнения: при большом числе измерений некоторые совпадения могут возникать случайно. Специалисты отвергают популярные утверждения, связывающие Ангкор с созвездиями или исчезнувшими цивилизациями.

Храм или город? В прежних исследованиях территорию внутри рва представляли пустым священным пространством. С 2012 года воздушная лидарная съёмка — лазерное сканирование, позволяющее различить поверхность земли под растительностью, — и раскопки групп, в которые входили Роланд Флетчер, Дамиан Эванс и Мириам Старк, выявили внутри ограды сеть насыпей, прудов и дорог. Это позволяет предположить, что там жили люди — возможно, несколько тысяч служителей храма с семьями — в исчезнувших домах из дерева и соломы. Лидар также обнаружил следы более ранних построек на этом месте, возведённых и снесённых в ходе строительства.

«Гидравлический город» и упадок Ангкора. В середине XX века Бернар-Филипп Гролье описал Ангкор как «гидравлический город», где обширные водохранилища орошали рисовые поля и поддерживали царскую власть. Его критики утверждали, что бараи были слишком малы или слишком плохо соединены между собой, чтобы орошать большие площади, и служили главным образом религиозным целям. Более поздние исследования подтверждают существование обширной водной сети, но считают её основными задачами защиту от наводнений и распределение воды. Её разрушение связывают с чередой засух и сильных муссонов в XIV–XV веках, выявленной по годичным кольцам деревьев. Большинство историков сегодня объясняет перенос столицы сочетанием нескольких причин, а не одной катастрофой.

Надписи. Историю Ангкора восстанавливают главным образом по более чем тысяче каменных надписей на санскрите — обычно это стихи, восхваляющие царей и богов, — и на древнекхмерском языке, обычно прозаические записи о пожертвованиях, землях и людях. Их расшифровка и публикация, прежде всего Жоржем Седесом в многотомном издании Inscriptions du Cambodge, позволили составить хронологию царей, которой пользуются до сих пор. Однако у самого Ангкор-Вата нет стелы с надписью об основании. Его датировка опирается на косвенные свидетельства: короткие подписи к рельефам южной галереи, называющие Сурьявармана II его посмертным титулом (значит, подписи сделали после смерти царя), надписи о его правлении из других мест, а также особенности архитектуры и резьбы.

Письменные свидетельства из других стран. Рассказ Чжоу Дагуаня о поездке 1296–1297 годов — известный по-китайски как «Чжэньла фэнту цзи» — единственное подробное описание повседневной жизни Ангкора. Это бесценный источник, но его следует читать критически: иностранный посланник писал для китайской аудитории. Португальские, испанские и японские источники XVI–XVII веков, а также позднейшие кхмерские надписи в самом храме свидетельствуют о том, что он продолжал действовать.

Археология и естественные науки. Начиная с 1990-х годов исследования преобразили раскопки, радиоуглеродное датирование древесного угля и дерева, анализ донных отложений водохранилищ, изучение годичных колец деревьев для восстановления климата прошлого и дистанционное зондирование — спутниковая съёмка, георадар и лидар. Благодаря этим методам внимание учёных распространилось с храмов и царей на весь городской ландшафт, земледелие и управление водными ресурсами.

Осторожность в толковании. Многое из того, что видят посетители, — результат реставрации XX века. Поэтому, прежде чем считать архитектурные детали первоначальными, их нужно сопоставлять со старыми фотографиями и отчётами о раскопках. Толкование рельефов зависит и от того, с какими текстами учёные их сравнивают: кхмерские версии «Рамаяны», известные как «Реамкер», отличаются от индийских, поэтому сцены следует рассматривать в свете как кхмерских, так и санскритских традиций. Наконец, колониальное представление об Ангкоре как о «затерянной цивилизации», вновь открытой европейцами, до сих пор влияет на популярные рассказы. Современные исследователи сознательно обращаются вместо этого к истории непрерывной жизни памятника.